Михаил Шуфутинский — Летний роман letra e tradução
A página contém a letra e a tradução em português da música "Летний роман" de Михаил Шуфутинский.
Letra
На модном пляже в жаркий летний день
Среди шезлонгов и гальки раскаленной,
Где все живое тянется к воде,
Я повстречал ту самую девчонку.
Прошло лет десять с той лихой поры,
Когда мы вместе радовались жизни.
Придет разлука, — всем кричали мы, —
Когда на горке нашей рак протяжно свистнет.
А дни летели ураганом,
И денежки — рекой,
Двери в бары-рестораны
Открывал ногой.
Тачки, шмотки из коттона,
Видеомагнитофоны —
Ах, как было клево той весной.
Но вот однажды утром к бате в трест
Зашли два дяди в сереньких костюмах,
Как оказалось, ОБХСС.
Все было тихо, без пыли и без шума.
И мой пахан в «столыпине» глухом
Уехал в край, где жизнь прожить не жалко,
А мне оставил свой роскошный дом,
Поделенный судом на коммуналки.
Моя маманя не перенесла
Конца своей крутой карьеры светской дамы,
И в ту же осень от соседа понесла,
О чем я бате дал на зону телеграмму.
Узнав об этом, старый крайне возбудил
Свой пьяный мозг и начал дело о разводе.
А наш шофер, подлец и жулик Никодим,
Забрал все то, что мама прятала в комоде.
И вот я как тогда иду к воде,
Я весь козырный, как положено мужчине,
Да только вот костюм динамовский одет,
Она ж в прикиде Серджио Точчини.
Tradução da letra
Na moderna praia em um dia quente de verão
Entre espreguiçadeiras e pedras em brasa,
Onde todos os seres vivos que se estende à água,
Eu conheci uma garota.
Passaram-se dez anos com o arrojado poros,
Quando estamos juntos, felizes da vida.
Virá a separação, todos nós gritando, —
Quando a jam nossa câncer sotaque свистнет.
E os dias voaram pelo furacão,
E o dinheiro — rio,
A porta em bares-restaurantes
Abriu a pé.
O carrinho de mão, pertences dos коттона,
Gravadores de vídeo —
Ah, como era legal naquela primavera.
Mas eis que um dia, pela manhã, bata na confiança
Entraram dois do tio, em trajes сереньких,
Como se viu, ОБХСС.
Tudo foi tranquilo, sem poeira e sem ruído.
E o meu пахан em "столыпине" profunda
Partiu para a borda, onde a vida não se importa de viver,
E me deixou a sua casa de luxo,
Espalhados pelo tribunal em comunais.
Minha маманя não sofreu
O fim de sua íngreme carreira secular senhoras,
E a partir do outono de um vizinho sofreu,
Sobre o que eu bata deu-se em uma zona de telegrama.
Sabendo disto, o velho é extremamente despertou
Seu bêbado cérebro e começou um processo de divórcio.
E o nosso motorista, um canalha e malandro Nicodemos,
Tirou tudo o que a mãe prendeu na caixa.
E aqui estou eu, como então vou para a água,
Estou todo козырный, como convém a um homem de,
Sim, aqui está um terno динамовский vestida,
Ela bem no прикиде Sergio Точчини.