Каспийский груз — 1993 letra e tradução
A página contém a letra e a tradução em português da música "1993" de Каспийский груз.
Letra
Что рассказать, подушка неудобная была,
Вроде из лебяжьего пуха и мягкая,
А была неудобная, сынок, она,
Потому что ухо вдавливалось в рукоятку.
Так вот, втроем и жили да,
Твоя мамка, я и под подушкой Токарев.
И страшнее звука выстрела из-за угла
Слышал твоей мамки только рев.
Мало где был, много где не был,
Крыша не дырявая, семьянин примерный.
Но стоили за дверь мне охладить свой пыл,
И вот я уже крыша для пяти ларьков примерно.
Такое время, сын, дальше только в гору рост,
Кто-то против- ствол уже к горлу врос.
И где бы ты не прятался, под какой там кочкой,
Находил тебя легко Клуб Веселых и Находчивых.
А это все мычал, да играл на ложках,
Пить особо не умел, танцевал нелепо.
Эх, в то время отжигал твой батя,
Эх, в то время президента мне бы.
Потом мамка тобой, я под конвой, а снег все кружится,
Все, что прошел- прям фильмы ужаса.
Слава богу, не повесили, ты на подходе, и я уже сам
Помогал ей тужится.
Расскажи мне про молодость, бать!
— Да чё рассказать?
Стоял на своём и стоял на учёте.
Нуждался в деньгах, но не нуждался в работе.
Щемили «цеховщиков"и «Барыг», вот.
1993 м отжали кирпичный завод.
Сцепились с братвой из Минвод, заключили мир.
Через неделю размотали их кортеж с Калаша до дыр.
Мерен, хром, вопросы ребром. — Алло! Ром? Давай перетрём!
Там опера пытали наших, чтобы сдали «Общак»,
Ага, как бы не так!
В декабре, мамку твою встретил, красотищу.
Люди всю жизнь таких ищут.
А мне, фортануло, сынок!
Может из-за неё я и многое смог!
За пять минут до Нового Года включил телек,
Спросил себе «Чё он мелет?».
Соглашусь с ним в одном, возможно,
Этот год был сложным!
А вообще, я — не судья и не критик,
Лучше поставлю тут многоточие.
Не могу сказать, какой он был там политик.
Но теннесист из него не очень!
А потом, уже и ты появился…
Tradução da letra
O que dizer, airbag para o passageiro inconveniente foi,
Tipo de лебяжьего ganso e macia,
E foi inconveniente, filho, ela,
Porque o ouvido вдавливалось no braço.
Assim, o trio e viviam sim,
Tua мамка, eu e debaixo do travesseiro Токарев.
E o pior som de um tiro de canto
Ouvi a tua enfermeira é apenas barulho.
Um pouco de onde estava, um monte onde não foi,
O telhado não дырявая, homem de família exemplar.
Mas custaram de fora da porta me esfriar o seu fervor,
E aqui estou eu, um teto para cinco barracas de cerca.
É a hora, o filho, mais somente o monte crescimento,
Alguém contra - tronco já a garganta encoberta.
E onde quer que você não se escondeu, sob a qual há кочкой,
Encontrei-te facilmente Clube Divertidos e cheio de recursos.
E isso é tudo мычал, sim jogado no ложках,
Beber particularmente não sabia, dançou ridículo.
Ah, no momento отжигал teu pai,
Ah, na época presidente, eu faria.
Então мамка você, eu debaixo de um comboio, e a neve todos os spins,
Tudo o que se passou - reto filmes de terror.
Graças a deus, não enforcado, você está chegando, e eu já o próprio
Ajudou тужится.
Conte-me sobre a juventude, bat!
— Sim che dizer?
Estava em pé no seu e ficou em contabilidade.
Precisava do dinheiro, mas não precisava de trabalho.
Щемили "цеховщиков"e "Барыг", aqui.
1993 m pressionaram a fábrica de tijolos.
Lutaram com братвой de Минвод, fizeram paz.
Depois de uma semana размотали sua tupla com Kalash buracos.
Мерен, cromo, perguntas à queima-roupa. — Olá! Rum? Vamos перетрем!
Lá opera torturado nossos, para se passou "Общак»,
Ah, como poderia não ser assim!
Em dezembro, мамку tua conheci, красотищу.
Pessoas de toda a vida de tais procurando.
E para mim, фортануло, meu filho!
Talvez por isso eu e muito capaz!
Cinco minutos antes do Novo Ano incluiu a telecom,
Perguntou a si mesmo "Che ele mói?".
Concordo com ele em um, talvez,
Este ano foi complicado!
Tudo bem, eu não sou juiz e não crítico,
Melhor colocar aqui o ponto.
Não posso dizer que ele estava lá políticas.
Mas теннесист dele não é muito!
E depois, e você apareceu…