Александр Градский — Песня без названия letra e tradução
A página contém a letra e a tradução em português da música "Песня без названия" de Александр Градский.
Letra
Мне несладок, неприятен дым сгоревшего Отечества,
Но его золой и пеплом не посыплю я главу.
Суть не в качестве лекарства, все равно недуг не лечится,
Ни за плату, ни по блату, ни во сне, ни на яву.
Кое-как по свету мыкались, привыкали, да не свыкнулись,
Лыко в строку, срока лихо и с киркою и с кнутом.
Век рычал звериным рыком, обличал, вещал и тыкал,
И стучал по рельсным стыкам и стелился под скотом.
Мы Россию просвистели и проспали на постели,
В статистических простатах оказалася моча.
Воспитать себя успели полу-сукой, полу-стервой,
Нас из стука сделал Сталин, а Ильич из кумача.
Слышишь, Ваня, шелест скатов. То с рассвета до заката,
Депутат бьет депутата покаянным кулаком.
И по данным Госкомстата, ты, Иван, не просто стадо,
Ты ступень и степень спада. Но не ведаешь о том.
Сопричастны этой участи, не участвуем, не учимся,
Не работая — завидуем, а завидуя — гнием.
И живем мы как получится, ну чуть хуже, чем валютчица,
Ну чуть хуже, чем политбюро, но все-таки живем.
Не важны нам беды русские, а Лансбергис и Прунскине,
Мы их, сдохнем, не отпустим. На миру красна нам смерть.
И вписался Руст искустно в ложе площади Прокрустово,
Да, что нам русты и прокрусты и прохвосты всех мастей.
Мы не сладили с эпохою, потому, что все нам… (все равно)
Разгильдяи, плуты, рохли. Невдомек кому мы в прок.
Будь ты рокер или инок, ты в советской луже вымок,
И прибудешь таковым ты, даже выйдя за порог.
Знаю я, что эта песня не к погоде и не к месту,
Мне из лестного-бы теста Вам пирожные печь.
Ох ребята, это мука, что-бы с голосом и слухом
Раздражать народу ухо, пробуждая дух и речь.
Tradução da letra
Me несладок, desagradável fumaça сгоревшего da Pátria,
Mas suas cinzas e as cinzas não посыплю eu o capítulo.
A essência não como medicamento, ainda assim a doença não for tratada,
Nenhuma taxa, nem para puxar, nem por sonhos, nem presença.
Algo como a luz мыкались, se acostumar, mas não свыкнулись,
Лыко na seqüência, o prazo arrojado e com киркою e com o chicote.
Era rosnando звериным rugido primitivo, denunciou, transmitir e тыкал,
E bateu por рельсным стыкам e стелился sob o gado.
Nós Rússia просвистели e dormia na cama,
Estatísticas простатах provou-se a urina.
Se educar tem tempo de semi-puta, semi-fundo,
Temos pressa fez Stalin, e Ilich de кумача.
Ouves, o Tiago, o farfalhar de arraias. Então, desde o amanhecer até o pôr do sol,
O deputado vê deputado penitente com o punho.
E de acordo com o Ssc, tu, João, não só rebanho,
Você estágio e o grau de deterioração. Mas não ведаешь sobre.
Сопричастны este destino, não participar, não aprendemos,
Não trabalhando — a inveja, e inveja — гнием.
E vivemos como vai ser, bem, um pouco pior do que валютчица,
Bem, um pouco pior do que o comunismo, mas ainda vivemos.
Não são importantes para nós desgraças russo, e Лансбергис e Прунскине,
E nós, сдохнем, não deixar ir de seu. O mundo é vermelho-nos a morte.
E misturou-se Rust искустно no leito da praça de Procusto,
Sim, o que nos русты e прокрусты e прохвосты de todos os matizes.
Nós não сладили com эпохою, porque todos nós... (ainda)
Разгильдяи, плуты, рохли. Têm a menor idéia de quem nós somos em tiras.
Se você é roqueiro ou o monge, tu soviético uma poça de вымок,
E прибудешь a sê tu, mesmo ultrapassando o limite.
Eu sei que essa música não ao tempo e não ao local,
Me лестного-seria o teste, bolos ondas.
Ah, gente, este é o tormento que quer com a voz e audição
Irritar o povo de ouvido, despertando o espírito e o discurso.